Глава 8. Элан прикрыл глаза и прислонился щекой к прохладному стеклу окна, вглядываясь в темноту ночи, разбавленную бледным светом луны и мерцанием звезд  

Глава 8. Элан прикрыл глаза и прислонился щекой к прохладному стеклу окна, вглядываясь в темноту ночи, разбавленную бледным светом луны и мерцанием звезд

Элан прикрыл глаза и прислонился щекой к прохладному стеклу окна, вглядываясь в темноту ночи, разбавленную бледным светом луны и мерцанием звезд, которые подобно брильянтам приковывали взор, рождая ощущение чего-то невероятного. Его можно было сравнить с восторгом от приобретения давно желаемого. Сердце бьется чуть быстрее, чем обычно. Его стук едва ощутим, а эмоции такие яркие, что кажется, нет на свете ничего приятнее и лучше этого момента.

Однако если в первом случае эти чувства ничем не омрачены, то Элан отчетливо ощущал горечь вины. Весь ужин он молчал и старался вообще не смотреть на брата. Это было довольно сложно, если учитывать, как дразнил мужчину его аромат. Он словно приглашал вдоволь насладиться собой. От подобного не возможно было отказаться, но ему вопреки всему это удавалось.

Элан знал, с приездом брата все изменится, да и сдерживать себя будет очень сложно. Но он и не предполагал, что настолько. Мужчина всегда был выдержанным и терпеливым, поэтому удивился тому, что данные черты характера смыло под натиском совершенно иных эмоций.

Каких же стоило трудов оставаться невозмутимым и в тоже время дружелюбным. Не показать своих истинных чувств было довольно сложно. Удивительно, что Эвон еще ни о чем не догадался. Хотя в большей степени это не его заслуга. Именно потеря памяти не позволяла брату осознать происходящее. Однако и возвращение воспоминаний лишь вопрос времени. Как только Эвон обо всем догадается, им придется очень сильно постараться, чтобы младший брат принял не только свою семью, но и кровь, что текла по его венам. Наверняка Лаиза не удосужилась рассказать ребенку правду.

Порой Элан ненавидел мачеху. Она отобрала у него самое дорогое, заставив провести все эти годы в одиночестве. Было время, когда они с отцом уже совсем отчаялись найти Эвона. Вот тогда-то они и решили, что лучше всего обзавестись наследником, с целью продолжения рода. Ожидание чудес, тогда казалось лишь глупостью. Появление Торина стало для них счастьем, которое целебным бальзамом разлилось в душе, заставляя кровоточащие раны затягиваться. От них не осталось следа в день, когда частный детектив, нанятый для поиска Эвона, известил о его окончании. Но с приездом младшего брата проблемы не закончились. Вместо того чтобы действовать открыто и напористо, Элан был вынужден сдерживаться. Честно признаться, это ему не слишком-то и удавалось. На губах мужчины заиграла горькая усмешка. Лаиза, как и обещала, заставила их страдать. Чертова ведьма! Он всей душой желал, чтобы она в загробной жизни испытывала, как можно больше страданий.

- Прости, отец я… - Элан отстранился от стекла, которое уже давно нагрелось от тепла его кожи, и посмотрел на Сэта, – не сдержался…



- Я понимаю тебя, сын. Это очень сложно, – в голосе отца не слышалось осуждения. – То же самое я испытывал по отношению к твоей матери.

- Наверное, тебе не следовало идти на поводу у деда.

Сэт вздохнул, откинувшись на спинку кресла. Его взгляд скользнул по кабинету. В нем искрилось прошлое, о чем явно говорила его задумчивость и сосредоточенность.

- Мой отец предоставил мне выбор. Вернуться к прошлому или попытаться пережить боль и двинуться к будущему. Пусть не счастливому, но размеренному, – наконец, проговорил Сэт, вырвавшись из омута воспоминаний, которые сейчас не причиняли боль, а вызывали лишь глухую тоску по утраченному. - Я без колебаний выбрал первое и, знаешь, несмотря на случившееся, не пожалел об этом.

- Почему? – спросил Элана.

- Я сделал это ради тебя. – Вздохнул Сэт. – Если бы я и дальше упивался своей болью, ничем хорошим это не кончилось. Ты прекрасно знаешь, что значит для нас потеря самого дорого человека. Мы однолюбы, которые после смерти своей пары обречены на одиночество.

- Но ты не был один, отец. Рядом всегда были близкие. Я и Лаиза.

Сэт усмехнулся.

- Да... у меня был ты. Но Лаиза никогда не являлась частью нашей семьи. Мой отец всегда мечтал, чтобы два могущественных клана породнились. Своими действиями он причинил страдания не только нам, но и Лаизе. Хотя, мы оба виноваты в равной степени. Если бы я не согласился, все обернулось бы иначе.

Элан улыбнулся.

- Знаешь, отец, если бы ты не женился на Лаизе, не родился бы Эвон. Поэтому все к лучшему.

- Ты прав. Возможно, это было предначертано судьбой.

- Я не верю в судьбу. Мы сами строим свое будущее.

- Будущее… - задумчиво протянул Сэт. - Именно поэтому ты должен немного поторопиться. Думаю, поведанный тобой инцидент в библиотеке не был ошибкой.

Элан нахмурился.

- Что ты хочешь этим сказать?

- Верховная Мать клана Диоссо узнала о том, что нам удалось найти Эвона.

Мужчина выругался, вызвав улыбку у отца.

- Теперь ты понимаешь, почему я прошу тебя поспешить.

Элан кивнул.

- Мы не должны потерять Эвона. Он в первую очередь мой сын. Но двойное наследие может отнять его.



- Я сделаю все, чтобы брат остался в нашей семье. Однако клан Диоссо не откажется от столь сильного наследника.

- Не откажется, – согласился Сэт. – Но не стоит забывать, что у Фелии есть и свои дети, которые вполне могут стать приемниками.

- Но они не могут сравниться с Эвоном, а для Фелии благополучие клана превыше всего.

- Как и для меня. Поэтому я не могу потерять Эвона, ведь тогда лишусь и тебя.

Элан вновь улыбнулся. Несмотря на внешнюю отстраненность, Сэт всегда очень сильно любил своих детей и был очень сильно привязан к семье.

- Я сделаю все возможное.

- Спасибо, Элан, – поблагодарил Сэт. – Давай прогуляемся, чтобы немного отвлечься. Сегодня прекрасная ночь.

- В лес?

Сэт кивнул, поднимаясь и направляясь к двери.

- Согласен. Нужно избавиться от мрачных мыслей и поднять настроение.

Мужчины покинули кабинет и направились к лестнице. Спустя несколько минут они распахнули парадную дверь и выскользнули на улицу, наслаждаясь свежим ночным воздухом.

Не дойдя до ворот, Элан обернулся. В одном из темнеющих окон он заметил силуэт. Сомневаться и гадать, кто это, не было смысла.

- За нами наблюдает Эвон. – Сказал он.

- Пусть смотрит. Возможно, это подтолкнет его к прошлому.

Больше мужчины не разговаривали. В полной тишине, нарушаемой лишь ночными звуками, они двигались к лесу. Когда отец и сын скрылись между пушистыми деревьями, по окрестностям прокатился протяжный волчий вой, заставивший птиц на деревьях встрепенуться и взмыть в небо.

* * *

Мужчина вздохнул, невидящим взором скользнув по комнате, в которой кроме шкафа, комода и кровати ничего не было. Он поморщился, когда его взгляд прошелся по обоям в цветочек, чей голубой оттенок был бледным, что говорило об их долгом использовании. Мужчина даже предположил, что они здесь со времен постройки здания. Но наверняка знать было не дано. Да и если честно, его это сейчас не так уж сильно волновало. Он стиснул в руке телефонную трубку и поморщился. Костяшки пальцев заныли от напряжения. На другом конце телефона раздавался властный немного раздраженный голос женщины.

Он не питал к ней особой любви, но безмерно уважал. К тому же, мужчина был вынужден все терпеть ввиду принадлежности к клану. Но это не было такой уж обременительной обязанностью. Возможно, все его чувства лишь результат нежелания подчинятся. В конце концов, он всегда бы свободолюбивым человеком.

- Ты понял свою задачу? – поинтересовалась женщина.

Мужчина вздрогнул, уже мысленно составляя план действий, и кивнул, забыв, что собеседница не может этого видеть.

- Ты меня слышал? – раздражение казалось стрелой пронзило ухо, вызвав головную боль, которая и без того мучила его с самого утра. Но до этого она была скорее легкой ноющей. Сейчас же приобрела пульсирующий характер, отдаваясь в висках и переносице.

- Да, госпожа Диоссо.

- Замечательно, – раздражение сменилось удовлетворением, и мужчина был готов поклясться, что в этот момент женщина улыбалась, чуть прищурив глаза, как это бывало, когда ее подчиненные сообщали хорошую новость или же после подписания удачного выгодного для семьи контракта, что случалось довольно часто. Вообще Верховная Мать была успешна во всем, что касалось клана. Казалось, она рождена именно для этого. Несомненно, Фелия была наделена огромным талантом, да и всеми необходимыми для этого качествами. Чего только стоили ее упрямство и напористость.

- Сделать это нужно без лишнего шума. Справишься?

Мужчина ухмыльнулся.

- Конечно. Не думаю, что ваше поручение вызовет затруднение. К тому же, у меня в запасе, как говорится, имеется козырная карта. Использовав ее, я, без сомнения, добьюсь успеха.

Он был азартным игроком. Но его увлечение никогда не вызывали проблем. Оно носило скорее любительский характер. Ему нравилось играть в карты на деньги, впрочем, как и заключать пари, но все же он умел вовремя остановиться, зная, что это вполне может перерасти в зависимость. Определенные ограничения необходимы. Порой мужчина удивлялся, как ему удавалось балансировать на грани увлечения и зависимости. Возможно, это его своеобразный дар, который помогал не только в карточных играх, но и в повседневной жизни. Так он мог пользоваться ситуацией и заводить, казалось, на первый взгляд невыгодные и незначительные знакомства. Однако все они в будущем приносили плоды. Более того, он так умело пользовался ситуацией, что вполне мог условно назвать себя победителей, если происходящее выгодно играло в его пользу. Вот и сейчас его интуиция не подвела и дала ему возможность выслужиться перед Верховной Матерью.

- Полагаюсь на тебя. Не подведи меня. – Произнесла госпожа Диоссо.

- Разве я давал когда-нибудь повод усомниться в себе и своих умениях? – усмехнулся мужчина.

- Нет, но в жизни людям не всегда сопутствует удача.

- Это не про меня, госпожа Диоссо. Если я берусь за дело, то выполняю его очень хорошо.

- Самоуверенность. – Верховная Мать заливисто рассмеялась. – Это-то мне в тебе и нравится.

- Спасибо, госпожа Диоссо.

- Как только у тебя все получится, тут же возвращайся домой.

- Хорошо.

В трубке раздались короткие гудки. Мужчина положил ее и, взяв с прикроватной тумбочки пачку сигарет, достал одну и закурил, расслабляясь. Эту пагубную привычку он приобрел совсем недавно, но это его нисколько не расстраивалось. Мужчина знал, что в любой момент сможет от этого отказаться. Вообще он был человеком с сильной волей и мог позволить себе то, чего не решались совершить или же сделать самые слабые.

Выпустив облачко дыма, он задумался. У него хоть и созрел план, как выполнить поручение, но осуществить его будет не так уж и просто. Ему придется очень постараться. Мужчину это не пугало, но заставляло нервничать, а он не любил ощущать это противное чувство, от которого очень долго не возможно избавиться. Оно назойливой мушкой жужжало, не давая возможности сосредоточиться и положиться на холодный рассудок. Конечно, данным чувствам он никогда не поддавался, всегда контролируя себя. Но видят Боги, каких усилий это ему стоило. Подобная борьба опустошала, долгое время не позволяя вырваться из своих сетей.

Мужчина, так и не докурив сигарету, затушил о дно хрустальной пепельницы, чьи неровные грани задорно переливались в ярких солнечных лучах, и поставил ее на пол. Затем он прилег и принялся задумчивым взглядом сверлить потолок. Он не был рожденным членом клана. В свое время его усыновил очень хороший человек, разглядев в нем потенциал. Он заменил ему отца и мать, став учителем. Мужчина очень сильно любил его, и после смерти, не задумываясь, занял место своего приемного отца. Тот был на редкость молчаливым человеком, пользующимся своей силой только исключительно в интересах клана.

Мужчина прикрыл глаза, вспоминая прошлое. Его приемный отец Лексон обладал удивительным даром. Он мог найти любого человека, и расстояние не было ему помехой. Если бы тот еще был жив, то наверняка уже давно бы отыскал наследника клана. Сам же мужчина не мог похвастаться подобным талантом. Однако и у него имелось небольшое умение. Его вполне достаточно, чтобы выполнить задание.

Когда он только занял место приемного отца, его терзали сомнения по поводу того, удастся ли ему справиться со столь ответственной должностью. Но Верховная Мать своей поддержкой убедила его в обратном. Возможно, именно поэтому он и уважал эту сильную женщину.

Мужчина усмехнулся и перевернулся на бок. Как же его раздражали подобные мысли. Да и воспоминания о прошлом не были так приятны, как хотелось. В большинстве случаев он старался не думать об этом. Но бывали моменты, когда мужчина не мог это контролировать. Воспоминания в подобные дни наводнили сознание, не давая скрыться даже в самых потаенных уголках. Картинки прошлого выплывали из недр памяти, красуясь и, словно говоря: «вот они мы, полюбуйся!». Когда же это безумие прекращалось, наступало ощущение опустошенности. Он чувствовал себя бездушной пустой оболочкой. Будто истерзанная воспоминаниями душа спряталась так далеко, что до нее не возможно было дотянуться.

Чтобы не чувствовать подобное мужчина старался отвлечься. Правда, это не всегда помогало. Вот и сейчас он предпочел трусливо сбежать, нежели окончательно погрузиться в бурлящий водоворот прошлого. Поднявшись, мужчина быстро направился к двери и уже через несколько минут пересек большой холл с высоким потолком и молочными стенами. Стоявший за стойкой хозяин гостиницы, приветливо махнул рукой, здороваясь и одновременно прощаясь. Мужчина в свою очередь проигнорировал его, чем вызвал недовольство. Но тот, уже спустя несколько минут забыл о неприветливом госте, погрузившись в рутину столь любимой работы.

Оказавшись на улице и вздохнув свежего воздуха, мужчина довольно улыбнулся, чувствуя, как внутри поднимается облегчение. Горечь от прошлого постепенно проходила, и тот устало вздохнул, радуясь, что его побег на этот раз оказался удачным. Постояв несколько минут на крыльце, он направился в сторону парка, намериваясь немного развеяться и окончательно принять решение по поводу полученного задания.


4225148620749161.html
4225169832977805.html
    PR.RU™